Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
15:38 

Эрегнорская история. часть 3.

Свое дыхание не переделать (c)
Кольцо было тяжелым и массивным, серебро потемнело от времени, темно-зеленый камень давно потерял блеск, а выгравированный на нем лев был едва различим. Последний раз я видела это кольцо на руке отца. Не думала, что оно сохранилось...
Я тряхнула головой, прогоняя воспоминания. И подняла глаза на Валлера.
- Где ты это взял?
- Мои люди обнаружили тайник в одной из комнат в восточной башне. Похоже, там раньше был рабочий кабинет князя, по крайней мере до того как все началось...
Я лишь кивнула в ответ. Я хорошо помнила вечно запертые ставни на верхних этажах и погруженные даже днем в полумрак коридоры. Вынужденные меры предосторожности. Осажденные не могут позволить себе роскошь держать окна открытыми.
- Там было еще что-то интересное? – спросила я.
- Архив. Мы обнаружили переписку князя с Кашфой и Бегмой за последние несколько месяцев до того как... – он на мгновение замолчал, несказанные вслух слова повисли в воздухе. – В основном с Кашфой, разумеется. Ты знала, что они были готовы предоставить вам убежище?
Я покачала головой. Я не знала этого, но слова Валлера меня ничуть не удивили. Кашфа всегда была к нам по меньшей мере дружелюбна. Да и помощь они нам оказали немалую.
- Наверное, князь не успел воспользоваться их предложением. – тем временем говорил Валлер. – Если верить тем бумагам, он много чего не успел...
- Например?
- Например, я нашел его последнее и так и не отправленное письмо королю. Он был готов сложить оружие и сдаться в обмен на мир и помилование для всех его последователей.
- Я в это не верю. Этого просто не может быть.
Валлер лишь пожал плечами.
- Если хочешь, я принесу тебе эти бумаги. Там стоит его подпись и его печать. И дата – всего за несколько часов до того как предатель открыл городские ворота. Если бы он успел отправить письмо по назначению, то возможно...
- Теперь это уже не имеет значения, - оборвала его я. Слушать как он говорит о том, что все тогда могло сложиться по другому было невыносимо.
- Извини. – в голосе Валлера звучало искреннее сочувствие. - Дила, прости, я не подумал, что тебе...
- Не надо, – тихо вздохнула я. – Все в порядке. Просто...
- Я понимаю.
Несколько долгих секунд мы молчали, не глядя друг на друга. Наконец Валлер спросил:
- Ты будешь его носить?
- Что? – не поняла я.
Он взглядом указал на кольцо отца, которое я по прежнему держала в руках. Я пожала плечами и надела его. Кольцо было мне слишком велико, оно было рассчитано на сильную мужскую руку, а с моих пальцев просто спадало. К тому же... К тому же оно было предназначено не мне.
- Его можно уменьшить. Если хочешь, я найду мастера, который подгонит его под твою руку.
- Нет, не надо, - возразила я. Это было неправильно, само это предложение казалось кощунством. Я сняла кольцо, сжала его в руке, чувствуя как острые грани впиваются в ладонь. – Я не буду его носить.
Валлер не стал со мной спорить.
- Как хочешь, – сказал он. – Это всего лишь символ.
Да, это всего лишь символ. Я знала это. Но все же не могла переступить через себя. Это было бы неправильно... У меня не было права ни на это кольцо, ни на титул, ни на Эрегнор, кто бы там что не говорил о старых законах. Женщины не наследуют.
Но отступать было поздно. Да и некуда. Четыре года назад я позволила сделать из себя символ, объединивший восстание, и с тех пор я в ответе за все, что делают от моего имени. И законность или незаконность моих притязаний уже не имеет никакого значения.
Внезапно мне пришла в голову одна мысль - Валлер был старше меня. Ненамного, но старше. И он, как и я, родился здесь, в Лане. И все то время, что мы с Далтом скрывались, не смея вернуться в Эрегнор, он провел здесь. А я ведь никогда не расспрашивала его ни о чем...
- Ты знал моего отца? Расскажи, каким он был тогда.
Некоторое время он молчал, собираясь с мыслями. Потом тихо вздохнул и начал рассказывать:
- Я его почти не знал. Время от времени видел издалека, вот и все. Мне было шестнадцать лет в тот год когда все произошло, и хоть я и считал себя уже взрослым, мало кто разделял мое мнение. И к князю меня, естественно, даже близко не подпускали. Меня это здорово злило. Я-то считал, что уже готов стать гвардейцем...
- Гвардейцем? – переспросила я. – Разве у нас была гвардия?
- Я имел в виду личную дружину князя. Телохранителей. В народе их иногда называли гвардией. Все мужчины в моем роду были телохранителями эрегнорских князей. По крайней мере последние лет сто точно. Двое моих братьев погибли защищая князя в ту ночь. Я – последний в роду.
- Я не знала этого...
Валлер пожал плечами, и я внезапно поняла как мало знаю о нем. Я привыкла, что он всегда рядом - сильный, верный, надежный, всегда все знающий и понимающий. И принимала это как должное, даже не задумываясь о причинах. Телохранитель... Надо же.
- Так вот, я видел его только издалека, да и то не слишком часто... Он был сильным. Сильным, справедливым, очень честным и прямолинейным. Это его и сгубило.
- Что ты имеешь в виду?
Валлер горько улыбнулся, потом посмотрел прямо мне в глаза.
- Ты разве не знаешь эту историю?
- Какую?
- С чего все началось. Почему он пошел против короля.
- Ты удивишься, но нет. Не знаю. Это было еще до моего рождения. А все, кого я пыталась расспрашивать, сразу начинали злиться и переводили разговор на другую тему каждый раз когда речь заходила о тех событиях.
- Наверное, ты спрашивала не тех, кого следовало.
Вполне может быть. Мы с Далтом одно время пытались раскопать эту историю, но все время натыкались на всеобщее глухое нежелание говорить об этом. А потом когда все завертелось нам уже было не до поисков истины.
- Значит так... Дело было лет тридцать назад, может даже чуть больше. Я тогда пешком под стол ходил и присутствовать при всем этом не мог – все что я знаю, я знаю со слов других. Но можешь не сомневаться люди рассказавшие мне это достойны доверия.
Я кивнула. Все это было понятно и так...
- Так вот, в те годы отношения между Кашфой и Бегмой были весьма напряженные. Нет, до активных боевых действий дело не доходило, но на границе было неспокойно, торговли почти никакой не было, официальных дипломатических контактов – тем более... Полная тишина и молчание, да постоянные пограничные стычки. Вобщем, ничего хорошего. Длилось это довольно долго, и в конечном итоге надоело всем. В том числе и князю. Эрегнор ведь граничит с Кашфой, и граница эта весьма протяженная. И никаких естественных преград нет – ни гор, как со стороны Бегмы, ни реки, ничего. Равнина, проходи – не хочу. Так что доставалось нам по полной, а столица молчала и подкреплений не высылала – ведь войны как таковой-то и не было. А то, что то там поле подожгут, то какую-нибудь деревеньку сотрут с лица земли – кого это волновало? Ополчение у нас, конечно, было, но... Толку от них было не много. Нужно было не гоняться за летучими отрядами, а устранить корень всех бед, понимаешь? – я кивнула, и он продолжил. – Однажды, после того как в очередной стычке спалили очередной наш городок, терпение князя истощилось, и он отправился в столицу. Один из моих братьев его тогда сопровождал, поэтому я знаю, как все происходило... Князь встретился тогда с королем, и, видимо, сумел убедить его, что это не дело – нужно налаживать отношения с Кашфой. Или воевать по правилам. Воевать королю, похоже, не очень-то хотелось, и он отправил князя послом в Джидраш. В Кашфе князь провел несколько недель, вроде они даже пришли к какому-то соглашению. Только все это оказалось никому не нужным – в один далеко не прекрасный день войска Бегмы перешли границу и пошли в наступление.
Я кивнула. О последних войнах Кашфы и Бегмы я кое-что слышала...
- Не то чтобы я жаловалась, но как получилось, что отец тогда остался в живых? По закону они должны были убить его.
- Я могу только догадываться... Возможно, он что-то им пообещал тогда. А может быть он произвел на них хорошее впечатление. Не знаю. Но факт остается фактом, в Кашфе его и пальцем не тронули. А когда война закончилась – отпустили. Как ты думаешь, что он тогда сделал?
- Вернулся в Бегму и высказал королю все, что думал о нем самом и о его действиях. – ни секунды не задумываясь ответила я. Наверное, я бы и сама так поступила...
- Примерно так оно и было. Скандал вышел знатный. Говорят, князь его тогда вызвал на поединок, но король, разумеется, сам не вышел. Выставил вместо себя какого-то вояку. Князь его и убил. А когда его попытались арестовать сразу после дуэли – уложил тех, кого за ним послали, и сбежал. В Эрегнор, разумеется, куда же еще? Естественно, шуму было много, но все местные были на его стороне. Даже перевалы перекрыли, ждали королевские войска и готовы были, если понадобится, дать отпор. Это было дело чести. Но ничего подобного не произошло. Столица молчала. И постепенно все затихло и успокоилось.
Мы жили сами по себе, и хотя слово "независимость" тогда так и не прозвучало, по факту так оно и было. Князь не покидал пределов Эрегнора и с Бегмой никаких дел не имел – вся торговля шла через Кашфу. А где-то двенадцать-тринадцать лет спустя Кашфа и Бегма опять что-то не поделили и вновь дело дошло до войны. Эрегнор же остался в стороне от конфликта. Кашфа на нас не нападала, отношения у нас были весьма неплохие, так что воевать с ними у нас не было никаких причин, тем более Бегма продолжала делать вид, что никакого Эрегнора вообще не существует. И нас это вполне устраивало. Вот только, отбив никому не нужные пограничные территории и заключив очередной мирный договор с Кашфой, бегманские войска двинулись сюда. В Эрегнор. Они шли как по вражеской земле, уничтожая и сжигая все на своем пути. Там где они прошли потом долго ничего не росло...
А мы оказались не готовы к этому. Армии как таковой у нас не было, ополчение... Ну, это было несерьезно. Против регулярных войск от них было мало толку. Если бы войска пришли с запада, то обломали бы зубы о горы. И не факт, что прошли бы. Ты же сама знаешь как легко перекрыть перевалы... Нас, между прочим, до сих пор именно это и спасает - горы и то, что Кашфа на нашей стороне. Но в тот раз королевские войска обогнули горы с севера когда напали на Кашфу и в результате они вступили в Эрегнор с северо-востока. А там только равнина...
В мирное время провернуть подобное было бы невозможно, Кашфа никогда не позволила бы им провести войска по своей земле, но тогда... Тогда они просто возвращались домой. Вот так и получилось, что тринадцать лет назад королевские войска дошли до самого Лана. Дальнейшее, думаю, тебе и так известно.
Я кивнула. Да, дальнейшее я знала. Город был осажден. Переговоры, если они и были, ни к чему и не привели. В конце концов отца предал человек, которому он верил. После этого предатель, правда, долго не прожил, но это слабое утешение. Уж не знаю, что именно посулили ему бегманцы, но однажды ночью он открыл городские ворота вражеской армии. Город был захвачен. Отец попал в плен, был обвинен в государственной измене и казнен как преступник. А нам с Далтом удалось сбежать через потайной ход...
Да, так все и было. Потом Кашфа попыталась отбить Эрегнор. Завоевать они его завоевали, но удержать не смогли – буквально через пару месяцев Бегма отвоевала его назад. И после этого все надолго затихло... Вплоть до нашего возвращения.
Сколько уже времени прошло с тех пор... Почти пять лет, а кажется, что это было только вчера. Кашфа нас тогда здорово поддержала... Неофициально, разумеется, шли-то мы под штандартом Эрегнора, но и с людьми они нам помогли, и с вооружением. Что было весьма кстати. В самом Эрегноре нас поддержали немногие, в основном дворяне, помнившие о вассальном долге и чести. А простым людям было все равно. Потребовался разгром в той нелепой стычке с нежданными союзниками, о которых Далт не успел меня предупредить, резкое ухудшение в отношениях со столицей, наверняка подозревавшей очередной мятеж, и голодная зима чтобы им стало не все равно. И когда это произошло – уже ничто не могло остановить вспыхнувший мятеж. Нам хватило одного лета, чтобы очистить Эрегнор. А вскоре после этого я возобновила отношения с Кашфой – они по прежнему были на нашей стороне, и если бы не их помощь – отнюдь не бескорыстная, но так нам необходимая, мы бы не пережили последовавшую за этим зиму. Но они помогли нам, и следующей весною мы засеяли поля, а осенью – сняли урожай и смогли хотя бы частично вернуть им долг.
Конечно, Бегма была не в восторге от происходящего. Но Кашфа прикрыла нас с севера, пригрозив им войной, если только они посмеют ступить на их землю. Нам осталось только защищать перевалы, что мы и делали все эти годы. Велленгийские горы, отгораживающие Эрегнор от Бегмы, стали нашим союзником. В горах численное превосходство войск, что выслали против нас бегманцы не стоило ломаного гроша. Там все преимущества были на нашей стороне – мои люди знали местность как свои пять пальцев и умело пользовались этим. За эти четыре года бегманцы не раз штурмовали перевалы, но успеха добились лишь однажды – несколько месяцев назад они сумели пройти через все слои защиты одного из перевалов. Они вышли из гор в северной части страны и двинулись в сторону Лана. Но так и не дошли до него. Мои люди сражались за каждую пядь земли. Мы победили тогда, но эта победа дорого нам стоила – весь северный Эрегнор снова был опустошен войной. Но мы победили, и вскоре после этого я вернулась в Лан, а Валлер отправился к северному перевалу, тому самому, через который прошли бегманцы, чтобы вместе с Рейно заново выстроить там оборону. Он обещал вернуться как только в его дальнейшем присутствие там не будет больше необходимости...

Вернулся он мрачный как туча. Даже не переодевшись с дороги, он ввалился в мою комнату, не утруждая себя стуком. Подошел, небрежно кивнув в ответ на мое приветствие, так словно мы расстались только вчера, а не больше месяца назад. Меня это даже немного задело, и я сама удивилась когда осознала это. Надо же, как я привыкла к его постоянному присутствию рядом...
Впрочем, говорить ему это я не собиралась. Тем более, что он был явно не в духе. Я просто отложила в сторону незаконченное письмо и приготовилась слушать новости. Судя по виду Валлера – очень плохие.
Несколько мгновений он внимательно рассматривал меня. Уж не знаю, что он рассчитывал увидеть на моем лице, но, похоже, его ожидания не оправдались. Я понятия не имела как реагировать на то, чего еще не знаю и, соответственно, просто ждала когда он все-таки скажет то, что собирается мне сказать.
Наконец игра в "кто кого пересмотрит" ему надоела, он отвел взгляд, вытащил из кармана пухлый коричневый конверт, протянул мне. Я машинально взяла конверт, вопросительно посмотрела на Валлера, но он ограничился тем, что жестом предложил мне открыть и посмотреть самой. Я так и сделала.
Бумаг было много, и все они были исписаны мелким убористым почерком. Цифры, цифры, цифры... Каждый лист был разделен на две колонки, плюс и минус. В графе с минусом цифр было намного больше...
Некоторое время я тупо рассматривала цифры, честно пытаясь понять что же все это должно означать. Получалось плохо, то есть не получалось совсем. В конце концов, поняв, что самой мне этот ребус не решить, я перевела взгляд на Валлера. Он тем временем уселся в кресло напротив меня, вытянул ноги и с глубокомысленным видом изучал носки собственных сапог покрытых дорожной пылью.
- Что это? – спросила я, с трудом подавив раздражение.
- Это отчет твоего финансового советника, - по прежнему не глядя на меня, ответил Валлер. - Сам он идти к тебе с этим не рискнул, вместо этого как идиот ждал моего возвращения. Забавно, но он, кажется, считает меня меньшим злом. Не скажешь, когда ты умудрилась так запугать этого бедолагу?
Я лишь пожала плечами в ответ. Честно говоря, мне казалось, что я всегда была с ним предельно вежлива и корректна. Но, видимо, у него было другое мнение на этот счет... Ну и ладно. Подумаешь. Я снова склонилась над цифрами и снова попыталась понять из них хоть что нибудь. От того, что я узнала что это, понятнее оно не стало, и несколько минут спустя я со вздохом отложила в сторону бумаги, признавая свое поражение. И встретилась глазами с откровенно насмешливым взглядом Валлера. И едва сдержалась. Да он просто издевается надо мной! Ну что я должна была понять из этих каракуль?
- Что все это означает? – спросила я.
- Это означает, Дила, что если мы с тобой в ближайшее время не совершим чудо, то эту зиму нам не пережить.
- То есть?
- Казна пуста. - объяснил он. – Последние деньги ушли на закупку оружия...
- Если бы не это оружие, Бегма разбила бы нас в пух и прах, - ответила я.
- Не спорю. Но это никак не отменяет того факта, что на него ушли остатки средств. Кашфа увеличит нам кредит в этом году?
- Нет, - ответила я. – Мы ведь и за предыдущий год еще не расплатились. К тому же, у них сейчас финансовые трудности, так что им просто напросто не до нас. Спасибо, что хотя бы не требуют немедленного погашения долга.
- Я так и думал... Значит у них сейчас свои проблемы, а у нас с тобой весь северный Эрегнор опустошен войной. Все поля там сожжены, а те что не сожжены – вытоптаны. Скоро осень, но урожая не будет. Многие крестьяне покинули свои деревни. Те, кому было куда уходить. Весь север в руинах, никто даже не пытается ничего восстанавливать. Зачем, если не сегодня так завтра придут королевские войска и снова все уничтожат? – он вскинул ладонь, останавливая возражения, что уже были готовы сорваться с моих губ. – Да, я знаю, что ты сейчас скажешь. А как же наша защита? У меня для тебя новости, Дила, они в нее больше не верят. Один раз мы не сумели сдержать бегманцев в горах – и местные жители в нас больше не верят, хотя, клянусь всем святым, мы с Рейно сделали все возможное и невозможное. Теперь через северный перевал даже мышь не проскочит, но попробуй объяснить это неграмотным крестьянам... Один раз мы их подвели, а значит, это может повториться. Собственно, в некотором смысле они правы. От случайностей никто не застрахован. А в случае чего – именно север в первую очередь окажется под ударом. И знаешь что все это означает? Это означает, что как только похолодает – они все придут сюда. Все, кто до сих пор не ушел со своих земель. Окрестным деревням их не прокормить, нам с тобой – тем более. Потому что, как я уже сказал, у нас нет на это средств.
Да, перспектива вырисовывалась довольно мрачная... И я не имела ни малейшего представления, что нужно делать. Что бы сделал мой отец? А Далт? Ответа не было. Я действительно не знала...
- Что же делать? – как-то совсем по детски спросила я.
Валлер пожал плечами. Несколько мгновений он молчал, потом, тщательно взвешивая каждое слово, произнес:
- Если мы не найдем другого выхода, я закрою городские ворота.
- Нет! – резко возразила я.
Это моя земля, это мои люди, и я не собираюсь равнодушно наблюдать как они умирают с голоду. Я в ответе за них, их беды – мои беды.
Должен быть выход... Обязательно должен быть выход. И я его найду.
- Я что-нибудь придумаю, Валлер. - пообещала я, надеясь что в моем голосе звучит уверенность. Уверенность, которой я на самом деле не ощущала. – Я что-нибудь обязательно придумаю...

Не бывает безвыходных положений, бывают неприятные решения. Я его и нашла.
Когда эта мысль впервые пришла мне в голову я сама испугалась. Это было слишком... Слишком дико и дерзко. Даже для меня. Но чем больше я об этом думала – тем менее невероятным мне это казалось.
Но я боялась. Боялась последствий, которых не могла не то что просчитать, но и даже представить. И я дала себе слово, что это – на самый крайний случай. Только если у меня не останется другого выхода. В конце концов, до зимы еще есть время... И мы с Валлером обязательно что-нибудь придумаем.
Но время шло, и по ночам в воздухе уже ощущалось первое дыхание приближающихся холодов. Время шло, а озарений все не было. И я решилась. Дальше тянуть было нельзя.
Когда я рассказала об этом Валлеру, он пришел в ужас.
- Ты сошла с ума, – только и смог выговорить он.
- У тебя есть другие предложения?
У него их, разумеется, не было, но он не собирался сдаваться так просто. Но я не зря потратила столько времени на раздумья... На все его возражения у меня были готовы ответы. Потому что все это время я спорила сама с собой, приводя те же самые доводы, что сейчас приводил Валлер.
Наконец его запас аргументов иссяк.
- Дила, нас с тобой проклянут...
Я подумала об отце. И о Далте. И о не прекращающейся уже четыре года войне с Бегмой, не желающей смириться с потерей Эрегнора. Я и так для них воплощение зла. Так что одним проклятием больше, одним меньше... Какая разница?
- Мы и так прокляты. - ответила я. – Неужели ты этого не видишь?
Валлер опустил глаза, и я поняла, что победила. Вот только радости не было, только усталость и четкое осознание и того, что я делаю ошибку, и того, что другого выхода нет.
В конечном итоге он согласился. Да я и не ждала от него иного. Валлер не раз доказывал мне свою преданность. И я была слишком многим обязана ему... Это давало ему право спорить со мной и говорить в лицо, все что он думал, но в конечном итоге он всегда исполнял мою волю.
Я знала это. И, думаю, он знал, что я знала. Что, впрочем, ни капли не мешало ему говорить мне все, что он считал нужным, не заботясь о том, нравится мне это или нет. Ни от кого другого я не потерпела бы подобного, но... Нас связывало слишком многое.
- Я сам все спланирую и подберу людей. - сказал он тогда. – Твой план никуда не годится.
Я лишь кивнула в ответ, спрятав улыбку. Детали не имели значения, важно было то, что не смотря ни на что он был на моей стороне. Пусть командует... В конце концов, это прерогатива мужчин.
Его план мало чем отличался от того, что предложила я, разве что в деталях... Но я не стала спорить. Ни к чему. Валлер знает что делает, и я полностью доверяла ему. И только в одном я все-таки настояла на своем.
- Я иду с вами, - сказала я, после того как он в подробностях расписал мне как все это будет.
- Нет! - резко ответил он и, мгновением позже вспомнив, что говорит не с одним из своих головорезов, сбавил тон. - Ни к чему тебе это, Дила. Мне будет спокойней если ты останешься здесь.
Я покачала головой. Прятаться за его спину я не собиралась. В конце концов это была моя идея...
Он пристально посмотрел мне в глаза и, видимо, поняв, что ему меня не переубедить, неохотно согласился:
- Ладно, как хочешь. Но командую я. А ты будешь делать то, что я скажу. От этого может зависеть твоя жизнь.
- Хорошо, - ответила я.
Мы выехали из Лана только через неделю, Валлеру потребовалось время чтобы отобрать и проинструктировать людей. Некоторых из них я знала лично, некоторых – нет, но все они были опытными ветеранами, прошедшими не одно сражение. В их преданности сомневаться не приходилось; они все знали на что мы идем и не сомневались ни секунды. Они верили... Даже не мне, а Валлеру.
На дорогу до ближайшего перевала ушло еще несколько дней. Пройдя через горы мы разделились, у каждого отряда была своя цель. Мы встретимся в Эрегноре когда все закончится. Те, кто останется в живых и сумеет вернуться домой.
Я осталась с отрядом Валлера. Он настоял, да я и не спорила с ним. Ему так было спокойней, да и мне, честно говоря, тоже. Его присутствие рядом всегда действовало на меня успокаивающе.
Мы путешествовали по ночам, не желая привлекать к себе излишнее внимание. Раньше времени неприятности нам были не нужны. И когда вдалеке показались стены небольшого бегманского городка, название которого я даже не знала – цель выбирал Валлер, мы были совершенно спокойны. Каждый знал свое дело, у каждого был свой приказ. Даже у меня. И пусть моим приказом было небрежное "держись рядом со мной, не отставай и постарайся не шуметь", я честно собиралась его исполнить, понимая, что кроме моральной поддержки, толку от меня немного.
Но стоило нам войти в город, как все пошло наперекосяк. Не успев и шагу ступить, мы напоролись на отряд городской стражи, которого не должно было быть в этой части города в такой час. Или решение о ночном патрулирование было принято в то время, когда мы были в пути, или наши осведомители скрыли это от нас. Я больше склонялась к первому, но, в тот момент это не имело значения. Важен был результат. А результат оказался печален - мы потеряли троих в той стычке. Но победили и спешно отступили к нашей цели – храму Единорога.
Накладок больше не было, и люди приободрились. Мы взяли его в считанные минуты; охраны как таковой там не было. Видимо, никому и в голову не приходило что кто-то осмелится на такое святотатство...
И именно на это я и рассчитывала. Мои люди рассеялись по храму, Валлер куда-то запропастился, и в какой-то момент я обнаружила, что осталась одна. Ну и ладно...
В храме царила тишина. Я со свечой в руке шла по величественному мрачному холлу, и маленький огонек дрожал на кончике фитиля в бессильной попытке разогнать сгустившийся мрак. Высокие колонны, неразличимые в темноте витражи, каменные плиты под ногами...
Я не боялась. Было немного грустно, и я старалась не думать о том, что сейчас делают мои люди. Судя по тишине – никто не пытался нам помешать... Что ж, тем лучше.
На алтаре стояли погасшие свечи, за ними – темнел гобелен с невидимым в темноте Единорогом. Подчиняясь внезапному порыву, я зажгла свечи от своей. Мерцающий свет осветил алтарь.
Единорог казался почти живым, и, казалось, он вот-вот сойдет с гобелена. Его взгляд проникал прямо в душу... Почти не осознавая что делаю, я опустилась на колени. "Прости..." – мысленно обратилась я к прекрасному существу. – "Прости за все. Но если ты действительно можешь читать в сердцах как говорят жрецы, то ты видишь. Я не желаю зла. Ни тебе, ни кому другому. Я просто хочу жить. Я хочу чтобы на моей земле был мир, я хочу чтобы мои люди не голодали. Разве это преступление?"
Единорог хранил молчание, но на мгновение мне показалось, что в его взгляде промелькнуло понимание. А может быть, это был всего лишь ветер, всколыхнувший огоньки свечей.
Я не услышала его шагов, пока не стало слишком поздно. Холодная сталь коснулась шеи, и я инстинктивно замерла.
- Так, так, так...- произнес низкий мужской голос. – Что это у нас тут?
Я медленно обернулась.
Он стоял буквально в паре шагов от меня, высокий, в кольчуге и ярком плаще. Цвета Бегмы. Стражник. Но откуда?... Их же не должно быть здесь. Разве что...
Додумать я не успела. Несколько событий произошло одновременно. В воздухе просвистела стрела, пробив горло стражника. Он нелепо вскинул руку с мечом и начал заваливаться прямо на меня. Я отпрянула, пытаясь уйти за пределы досягаемости его клинка, но... Уходить было некуда. Позади был только алтарь. Если бы он был вмурован в пол, то ничего бы не произошло. Но он не был. От моего отчаянного рывка алтарь опрокинулся, горящие свечи упали на темный бархат. Ткань моментально вспыхнула, мгновением позже загорелся гобелен с Единорогом. Резко запахло паленым. Валлер, моментально оказавшись рядом, одним движением поставил меня на ноги.
- Ты в порядке? Он тебя не задел? – встревоженно спросил он.
- Кажется... – неуверенно ответила я.
- Я же просил тебя держаться рядом! Ладно, уходим. Они подняли тревогу. Через несколько минут здесь будет полно стражи... – последние слова он произнес уже на ходу, шагая в сторону дверей. Мою руку он так и не выпустил, и я вынужденно последовала за ним.
Но, сделав несколько шагов, резко остановилась и вырвала ладонь из его хватки. Обернулась. Гобелен уже полыхал вовсю, но сам Единорог был почти не тронут огнем. И пламя неумолимо приближалось к нему... От дыма запершило в горле, глаза заслезились.
- В чем дело? – раздраженно спросил Валлер.
Я кивнула в сторону горящего алтаря.
- Мы не можем вот так уйти...
В его глазах промелькнуло странное выражение, понять которое я не успела; слишком быстро оно исчезло.
- У нас нет на это времени, Дила.
- Но...
- Мы не можем так рисковать. Нужно уходить. Будем надеяться, что городская стража успеет потушить пожар прежде чем станет слишком поздно.
Он был прав. Я кивнула и, больше не оглядываясь, последовала за ним. Мы беспрепятственно выбрались из храма, галопом промчались по спящему городу. И только оказавшись вне его стен я снова оглянулась назад. В ночном еще небе мерцало зарево пожара.
- Они не успели... – тихо сказала я Валлеру. Он ничего не ответил, только отвел глаза.

Нас никто не преследовал; до Эрегнора мы добрались без приключений. О произошедшем мы не говорили... Было как-то не до того. Да и желания вспоминать об этом, честно говоря, не было. По крайней мере у меня.
У самой границы мы расстались – я вместе с половиной отряда вернулась в Лан, а Валлер решил дождаться возвращения остальных, а после – собирался отправиться в Кашфу. Кажется, у него был там человек, готовый купить награбленное.
Из двенадцати отрядов вернулись не все. Два отряда так и не выбрались из Бегмы, остальные же вернулись изрядно поредевшими. Кто-то погиб, кто-то попал в руки правосудия, кто-то пропал без вести...
Только один храм был сожжен дотла, тот самый где были мы с Валлером. Остальным повезло больше. Но все равно резонанс был чудовищный...
Валлер вернулся через полтора месяца и привез с собой целый целый обоз. Припасы на зиму и семена для посева. Мы оба надеялись, что северные земли все же исцелятся к весне...
К его возвращению выпал первый снег, и к Лану, как мы и предвидели, стекались жители северной части страны. А впереди отчетливо маячил призрак голода.
И, глядя, как мои люди приветствуют Валлера, я вдруг поняла что ни о чем не жалею. Мы сделали то, что должны были сделать. А пожар был случайностью. И тот безымянный бегманский солдат виновен в произошедшем не меньше нас. Вот только отвечать за это все равно нам.
Валлер тоже так считал. Отдав все необходимые распоряжения, он пришел ко мне. Грустно улыбнулся, взял из моих рук чашу с подогретым вином. Некоторое время мы просто молчали. Он пил свое вино, а я украдкой наблюдала за ним. Он выглядел усталым. Усталым и каким-то обреченным, словно эта эскапада вытянула из него все силы и уверенность. Не знаю, может быть так оно и было.
В какой-то момент он отставил в сторону чашу, внимательно посмотрел на меня.
- Ты понимаешь, каковы будут последствия? – тихо спросил он. Я пожала плечами, а он продолжил, и в его голосе отчетливо прозвучала горечь. - Грабеж нам может быть и сошел бы с рук, но сгоревший храм нам с тобой не простят. Я ожидал, что Бегма поднимет шум, но, по правде говоря, такого я не предвидел. К весне на нас ополчатся все, в том числе и те, кто до сих пор наблюдал со стороны и даже обещал помощь и поддержку. Можешь забыть про союзников. Я не удивлюсь, если даже Кашфа отречется от нас. И знаешь, я даже не смогу их винить за это, потому что сам сделал бы тоже самое если бы мог.
- А что тебе мешает? – как могла спокойно произнесла я, и сама удивилась холодным металлическим ноткам, прозвучавшим в моем голосе. - Я не держу тебя, Валлер.
Он отвел глаза, и на мгновение мне показалось, что он сейчас встанет и уйдет. И что я тогда буду делать?
Но в следующий миг наши взгляды встретились. В его глазах была тоска, а под ней, на самом дне глаз затаилась едва заметная тень. Но вот он моргнул, тень исчезла.
- Я присягал Эрегнору и тебе лично, и моя клятва верности не пустой звук, - проговорил он.
- Я освобождаю тебя от этой клятвы, - ответила я. Он мне нужен, но я не стану его удерживать. Или он останется со мной по собственной воле, или действительно пусть лучше уходит.
- Это не в твоей власти. Освободить меня от присяги может только смерть. – ответил он, не отводя взгляда. И я поняла, что он никуда не уйдет. Ему не нравится то, во что я его втянула, но он никогда не отречется от меня. Что бы я ни натворила. – Хватит, Дила. Я остаюсь.
Я кивнула и, подчиняясь внезапному порыву, накрыла его руку своей. Кажется, он на мгновение растерялся, но в следующий миг бережно сжал мою ладонь.
Не знаю о чем он думал тогда... А я думала о том, что обратной дороги нет. Вместе с этим проклятым храмом я сожгла за собой все мосты. Этого мне никогда не простят.

Его привела ко мне старая седая женщина в черном. Он казался слишком маленьким и отчаянно цеплялся за ее руку, не поднимая на меня глаз.
- Кира просила меня отвести его, и я проделала большой путь... Она сказала, что он...
- Что с ней? – перебила ее я. – Почему она не пришла сама?
- Она умерла. В нашей деревне несколько недель назад была вспышка странной болезни. Многие заболели. Двое даже умерли, остальных Кира выходила. А потом она и сама слегла... Она сгорела очень быстро, всего за несколько дней. Я ухаживала за ней, делала все как она говорила, но... Она сказала, что я не виновата, просто уже слишком поздно... А умирая, попросила меня отвести мальчика.
Некоторое время я молчала, потом подошла к ним. Опустилась на колени рядом с сыном, коснулась его холодной щеки, приподняла его лицо за подбородок. Знает ли он? Судя по тому, как он старательно отводит глаза – похоже, что да.
Какое они имели право говорить ему, что я... Но вспышка возмущения быстро угасла, сменившись... Чем? Я не знала как назвать это чувство. Я смотрела на него, пытаясь поймать его взгляд, но он упрямо отворачивался от меня и все, что мне оставалось, это просто смотреть на него... Растрепанные светлые волосы, смятый воротник рубашки... Уже узнаваемые черты лица... Далт... Боги, как же он похож на него...
Руки задрожали, когда я коснулась его волос, убирая спутанные прядки с его лица. Его волосы были мягкими и щекотали ладонь... Он все-таки поднял голову, посмотрел на меня. Глаза у него были такие же, как у меня. Такие же, как у моего брата. Тот самый зеленоватый оттенок... Почти не осознавая, что делаю, я наклонилась к нему, обняла за плечи, коснулась губами его виска. Он напрягся, и я тут же отпустила его. А он смотрел на меня и в его глазах была такая отчаянная надежда, что у меня сердце замерло и провалилось куда-то вниз...
Я хотела позвать его, сказать что-то очень важное, что-то, что давно должна была ему сказать, но никогда не говорила, не понимала... Что-то, что по настоящему осознала только сейчас... И вдруг поняла, что не помню каким именем назвала его Кира. Дейв? Дэннис? Дэн? Я боялась ошибиться. А еще больше я боялась обидеть его, невольно назвав именем брата.
- Можно я буду называть тебя Далт? – тихо спросила я. Все равно ведь забудусь и назову его так...
Его взгляд стал неожиданно серьезным и каким-то изучающим. Несколько секунд он просто смотрел на меня, потом, решившись, кивнул. И вдруг обнял меня за шею. Чуть сладковатый запах захлестнул с головой и я прижала его к себе, зарывшись лицом в его волосы.
Он выдохнул что-то неразборчивое, и почему-то это оказалось последней каплей. Горячие слезы пробежали по щекам, но я только крепче обняла его, прижала к себе. Далт... Мой сын. Мой сын, которого я так долго не желала видеть... Прости меня, мой мальчик. Если можешь – прости. Да, я плохая мать, но я люблю тебя. И, клянусь, я больше никому никогда тебя не отдам...

Наступила весна, а вслед за ней и лето, наполненное запахом свежескошенных трав и дымом костров, пением ручьев и песнями крестьян. В Эрегноре было на удивление тихо и спокойно. Мрачные прогнозы Валлера не оправдались. Бегма наконец-то оставила нас в покое, и я почти надеялась, что они наконец-то смирились с нашим существованием. Мир... Я уже забыла на что это похоже. Впервые за долгое время не нужно было никуда торопиться. Не нужно было сражаться, не нужно было принимать решения, можно было просто жить.
Каждое утро мы с Далтом вставали на рассвете. Я седлала лошадь и мы уходили прочь из города. На запад, на юг, на восток... И никогда – на север. Я не хотела чтобы он видел во что превратились земли, по которым прокатилась война. Да и сама не хотела смотреть на это. Ни к чему. Я и так слишком хорошо это знала.
Мы уезжали вглубь страны, и я показывала ему земли, принадлежащие ему по праву. Я знакомила его с быстрыми речушками, холодными даже в самый жаркий день, со священными рощами, помнящими наших предков, с полями, засеянными пшеницей, с виноградниками... Знакомила его и вспоминала сама. Я ведь почти позабыла...
А когда он уставал, мы спешивались, и я отпускала лошадь попастись. А мы валялись на траве, и разговаривали. Точнее, говорила в основном я.
Я рассказывала ему все, что знала, ничего не скрывая, ничего не приукрашивая. Все как было. Все, что он должен был знать. О наших предках, правивших здесь веками, о простых людях, живущих здесь, об их законах и обычаях. О моих родителях и о моем брате, чье имя он носил. О недавних событиях... И единственное, о чем я ему никогда не рассказывала – это о его отце... Хотя, конечно, он имел право знать. Умом я понимала, что рано или поздно я должна буду рассказать ему о нем, но... Но я все откладывала и откладывала этот разговор...
Не знаю, как многое он понимал из моих сумбурных рассказов. Не знаю, как многое он мог запомнить. Но, почему-то мне казалось очень важным рассказать ему все это. Я словно чувствовала, что времени осталось совсем немного и боялась не успеть. Впрочем, чушь все это. Ничего я не чувствовала. И ничего не боялась.
Дни были наполнены покоем и пронзительной нежностью, и они летели один за другим. Время шло, утекая как песок из сжатой ладони. И если бы я тогда дала себе труд задуматься, то поняла бы, что это затишье перед бурей. И чем дольше длится затишье, тем свирепее будет буря. Но я не думала об этом. Я вообще ни о чем не думала. И ничего не хотела знать.
Я отмахивалась от всех предостережений Валлера. Я соглашалась со всеми его предложениями и бездумно подтверждала все его решения. Я ему верила и знала, что все что он делает – он делает на благо Эрегнора. И я знала, что он никогда меня не предаст.
Мы до последнего ничего не знали. Гонцы регулярно доставляли новости и из Бегмы, и из Кашфы, но... В них не было ничего. Ничего, что могло бы дать ключ к тому, что произошло позже. Ни слова, ни намека. Может быть, наши источники не были так хорошо осведомлены, как нам казалось. Может быть, они не были настолько нам верны, как нам хотелось верить. А может быть, все до последнего хранилось в тайне. Не знаю, да и вряд ли это имеет значение. Мы оказались не готовы...
В тот день мы с Далтом решили не уезжать далеко. Просто бродили по окрестностям Лана. Он прискакал с севера. И только когда он приблизился к нам, я узнала его. Рейно. Мальчик с восторженными глазами, когда-то, целую жизнь назад, принесший мне весть о человеке, выдававшем себя за моего брата. Но это было давно, с тех пор он вырос и повзрослел, и теперь я даже мысленно не могла называть его мальчиком. Теперь это был взрослый мужчина, смелый воин, прошедший не одно сражение, и опытный командир, больше года удерживающий северный перевал. Что же должно было там произойти чтобы он примчался лично?
- Княгиня... – выдохнул он, поравнявшись с нами и соскочив с коня. Я так и не сумела отучить его от этого обращения... - Они скоро будут здесь. Думаю, через несколько часов. Я ненамного обогнал их. Они идут очень быстро...
- Кто – они? Армия Бегмы? Они взяли перевал? Сколько их?
- Нет, - возразил он, энергично замотав головой, - Не Бегмы. Амбера. Их много, очень много. Я не знаю, откуда они взялись. Через мой перевал они не проходили, наверное они пересекли границу где-то со стороны Кашфы... Мне повезло, я заметил продвижение их войск и сумел обогнать их. Но ненамного. Они идут очень быстро и скоро будут здесь.
В глазах потемнело, стало трудно дышать. Закружилась голова, и если бы я не держалась в тот момент за луку седла то, наверное, не устояла бы на ногах. Это конец... Против Амбера у нас нет шансов. Но почему? С каких это пор Оберона интересуют наши внутренние дела?
- Амбер недавно заключил договор о с Бегмой. Договор Золотого Кольца, так они это называют. - ответил на невысказанный вопрос Рейно и тут же пояснил, - Я часть пути проделал вместе с ними, хотел выяснить чьи интересы они представляют. Вот и выяснил. Они союзники Бегмы. А Бегма считает Эрегнор своей землей.
"Мне нужен союзник в этом регионе." – услужливо подсказала память голосом Оберона. Незаменимых не бывает. Вот значит чем все обернулось... Оберон – союзник Бегмы. И теперь он идет сюда со своими войсками...
- Нет, войсками командует не Оберон, а его сын, принц Блейз, - сказал Рейно, и я поняла, что последние слова невольно произнесла вслух. Или просто громко подумала? Не важно...
Важно другое. Он даже не пришел сам, послал своих людей, не оставляя мне ни малейшего шанса. Если с Обероном я могла хотя бы попытаться договориться, то о чем говорить с его сыном я даже не представляла. Впрочем, еще не все потеряно. Но медлить нельзя. Нужно предупредить Валлера. И позаботиться о Далте. Я не могу рисковать его жизнью. Я хочу быть уверена, что как бы все не обернулось, мой сын будет в безопасности. Рейно мне не откажет. Не в этом. И он сумеет позаботиться о моем сыне когда... Если меня не станет.
- Рейно... Рейно, я не могу тебе приказывать, но я прошу тебя. Прошу как женщина и как мать.
Ладонь легла на затылок прижавшегося ко мне Далта, молча наблюдавшего за нашим разговором, и я взъерошила его волосы. Слова застревали в горле, я чувствовала что еще чуть-чуть и я расплачусь, потеряв те жалкие крохи самообладания, что умудрялась сохранять до сих пор. Я опустилась на колени, обняла сына, уткнувшись лицов в его волосы. Его руки сомкнулись на моей шее, и больше всего на свете мне хотелось чтобы этот миг никогда не кончался. Но время неумолимо шло вперед, ни считаясь ни с чьими желаниями... И нужно было торопиться, ведь каждая секунда была на счету.
Я поднялась на ноги, по прежнему прижимая к себе Далта. И только тогда посмотрела на Рейно. Он понял. Он все понял даже прежде чем я произнесла это вслух.
- Я прошу тебя позаботиться о моем сыне. – тихо сказала я, - Пожалуйста... Увези его отсюда. Куда угодно. Я хочу чтобы он был в безопасности. И я прошу тебя, не оставляй его одного.
На лице Рейно отразилась неописуемая гамма чувств – и удивление, и разочарование, и какая-то обреченность.
- Пожалуйста, Рейно...
Он отвел глаза. Несколько долгих секунд он боролся с собой, но чувство долга все же победило. Он кивнул и взял у меня из рук моего сына. Далт оглянулся на меня, в его глазах плескалось недоумение, и я надеялась, что он не понимает, никогда не поймет, что я снова предала его...
- Мама... – начал было он, но я улыбнулась, коснулась пальцем его губ, призывая к молчанию.
- Это ненадолго, Далт. Я скоро заберу тебя. А пока... Пообещай мне что будешь слушаться Рейно.
Он нахмурился, потом кивнул.
- Я люблю тебя, - тихо сказала я, с трудом сдерживая слезы. И, поставив ногу в стремя, одним движением взлетела в седло.
- Не медли, Рейно. И... – я наклонилась к нему, коснулась его плеча и прошептала ему на ухо, – Преданность бывает не только на поле боя. Иногда мужество в том чтобы жить. И я прошу тебя, живи. Ведь я доверила тебе самое дорогое.
Кажется, он хотел что-то ответить, что-то возразить, но я не стала слушать. Выпрямившись в седле, я пришпорила коня. Тот послушно сорвался сместа в галоп. Далт что-то крикнул мне вслед, но я не оглянулась. Если бы я оглянулась, то не смогла бы уйти, не смогла бы оставить его...
Стены Лана стремительно приближались, мир вокруг тонул в туманной дымке. Нет, я не плакала, просто от ветра слезились глаза.

Валлер не стал тратить время на вопросы, он моментально поднял тревогу и тут же куда-то унесся, на ходу отдавая приказы своим людям. Мне же он небрежно посоветовал не путаться под ногами. Впрочем, я и не собиралась... Каждый хорош на своем месте. Валлер – отличный командир, и, как я уже не раз имела возможность убедиться, прекрасно знает, что делает. Нет смысла мешать ему, отвлекая ненужными советами. Пусть готовит город к обороне, а я... Я сделаю все чтобы до этого не дошло. Если есть хоть малейший шанс, то я должна его использовать...
Я обнаружила ее некоторое время назад на самом дне деревянной шкатулки в которой хранила бумаги. Старые письма, обрывки пергамента, какие-то расчеты, небольшой кинжал, из тех что легко спрятать в волосах, кулон из зеленоватого кристалла, кольцо отца... Не знаю, зачем я хранила все это. Никогда не была сентиментальной.
Она лежала на самом дне. Понятия не имею как она туда попала, отчетливо помню как я выбросила ее тогда на дороге вместе с разорванным в клочья письмом. Наверное, Валлер подобрал. Он всегда был дальновидней чем я. Дальновидней, умнее и осторожней. Да, он вполне мог предвидеть, что однажды я все-таки решусь ей воспользоваться...
Что ж, так и вышло. Хорошо, что Валлер сохранил ее. На этой карте Рон был мало похож на себя. Точнее нет, не так. Это был Оберон, король и повелитель Амбера, сильный и властный. Удивительно, я ведь никогда и не знала эту его ипостась... Я помнила его совсем другим. Помнила, хотя так старательно запрещала себе думать о нем все эти годы, что почти позабыла. Почти.
Рон, Рон, Оберон... Он всегда был добр ко мне. Снисходителен и добр. И хотя у меня уже давно не осталось иллюзий, и я вполне представляла мотивы, которыми он мог руководствоваться, все же, хочется верить, что с его стороны это был не только расчет... Ведь я любила его. Или только могла полюбить? Не знаю, да и теперь это уже наверное и не важно... Не сложилось. Не вышло. Наверное, просто не судьба.
Но как знать, как бы все могло обернуться если бы... Если бы мы с Далтом не попытались завоевать Эрегнор. Если бы Далт не заключил с ним договор. Если бы случайность не спутала наши планы. Если бы судьба не столкнула наши войска на поле боя. Если бы Далт не погиб. А я ведь так и не узнала, что с ним случилось тогда... Но я точно знала одно - никто из нас не был виноват в его смерти. Ни Рон, ни я, хотя сейчас уже трудно сказать кого из нас я тогда винила в этом больше... Смерть моего брата тенью легла между нами, отравив и уничтожив все хорошее, что было и могло быть. Наверное, я сама виновата во всем. Он ведь пытался... Искал примирения не смотря ни на что. А я не хотела даже видеть его. Нет, не не хотела... Не могла. Смерть Далта сломала меня, вместе с ним что-то и во мне умерло. Может быть, способность любить?
Не важно. Теперь это уже не имеет значения. Близнецы приходят в этот мир вместе и вместе должны уходить. Но судьба подарила мне еще несколько лет жизни. Несколько лет и сына, так похожего на моего брата, что иногда мне казалось, что Далт все-таки сумел совершить чудо и вернуться, переродившись в этого ребенка. А я лишь недавно это поняла и оценила...
Я не могла тогда по другому. Даже если бы наперед знала к чему все приведет – не смогла бы...
Я глубоко вздохнула, потом сосредоточилась на карте, как он когда-то учил. И мысленно потянулась к нему. Оберон... Что было, то было. Прошлого не воротить. Но если у тебя осталась хоть тень добрых чувств ко мне – пожалуйста, ответь. Я прошу тебя. Никогда ни о чем не просила, но теперь прошу. Ради моих людей, единственная вина которых – безрассудная вера в то, что я могу их защитить. Ради памяти моего брата. Он верил тебе. И я верила. А если все это уже не имеет для тебя никакого значения – то ради нашего сына...
Показалось, или карта действительно стала холоднее? Нет, не показалось. Пальцы заледенели, где-то на самой грани восприятия послышалась хрустальный звон. Изображение на карте затуманилось, потемнело... На мгновение я увидела его совсем рядом, казалось, достаточно протянуть руку... Он был не один. У нее были тонкие пальцы, копна рыжевато-каштановых волос, алые губы и затуманенный взгляд... Я инстинктивно отшатнулась и в этот момент он, кажется, почувствовал мое присутствие.
- Не сейчас, - выдохнул он, и в лицо ударил ледяной ветер. Контакт оборвался. Вокруг были лишь знакомые с детства стены Лана.
Я всхлипнула и с отвращением отбросила карту. И, спрятав горящее лицо в ладонях, попыталась успокоиться. Постепенно мне это удалось.
Что ж, не сейчас, так не сейчас. Извини, что помешала. Этого больше не повторится. Даю слово.
Не знаю, как долго я просидела так... Мыслей не было. Только холод и пустота в душе. И когда в мою комнату ворвался посыльный Валлера со словами "они приближаются" я была совершенно спокойна. Только почему-то было очень горько. Но времени думать об этом уже не оставалось. Я не собиралась прятаться за спины моих людей, в такой час мое место среди них. В конце концов, за все нужно платить.

Их доспехи и оружие сверкали на солнце так, что было больно смотреть, зеленые штандарты с неразличимым на таком расстояние Единорогом развевал ветер. А мы стояли на крепостной стене и смотрели как они подходят. Скоро они окажутся в пределах досягаемости наших стрел, и тогда все начнется... Точнее наоборот, закончится.
Не знаю о чем думал Валлер, внешне он казался совершенно спокойным, как и подобает главнокомандующему. Но я знала, что нам не выстоять. Может быть, мы сумеем отбить первую атаку. Может быть, мы сумеем продержаться какое-то время. Но не более того. Никто не придет нам на помощь. И некем будет заменить погибших.
Даже если мы каким-то чудом победим сейчас, во что в глубине души я и не верила, Амбер пришлет новые силы. Оберон всегда добивался того, чего хотел. Против него нам не выстоять. Интересно, хоть кто-нибудь здесь это понимает? Я оглянулась, взгляд скользнул по шеренгам защитников крепости. Приготовленные луки и арбалеты, разномастные, в спешке подогнанные доспехи, горящие нетерпением глаза... Неужели они не понимают, что мы обречены? А если понимают – то почему они здесь?
Я украдкой посмотрела на Валлера. Он стоял совсем рядом, настолько близко что при желание я могла прикоснуться к нему. Поймав мой взгляд, он улыбнулся мне краешком рта, но его улыбка была вымученной и усталой. Все он прекрасно понимает. Он ведь гораздо лучше меня знает и наши силы, и наши возможности. И все же он здесь... Готов сражаться, зная что шансов на победу нет.
- Почему? – тихо спросила я, глядя в его глаза.
Валлер не ответил, но его закованная в латную перчатку рука бережно сжала мою ладонь. В его глазах отразилась тоска и обреченность, но в следующий миг он улыбнулся, грустно и чуть-чуть смущенно.
Амберские войска подходили все ближе и ближе, а мы так и стояли, держась за руки, и даже сквозь латную перчатку я чувствовала тепло его ладони.


Попытка взять Лан штурмом была отбита. Город был осажден. В течение двух недель войска Амбера стояли под стенами Лана. Переговоры ни к чему не привели. В конце концов небольшой отряд под предводительством принца Блейза проник в город и, нейтрализовав часовых, открыл ворота основным силам. Как именно им это удалось осталось неизвестным. Ходили слухи об амберской магии, но, возможно, в ход снова пошло предательство. А может быть они просто обнаружили один из потайных ходов.
Лан был разрушен до основания. Эрегнор отошел к Бегме, через несколько лет был завоеван Кашфой, потом снова отвоеван Бегмой. Последующие годы эти земли не раз переходили из рук в руки. Амбер больше не вмешивался в пограничные конфликты в этом регионе вплоть до недавнего времени, когда король Рэндом заключил договор с Арканзом, правителем Кашфы. Согласно этому договору Амбер признавал права Кашфы на Эрегнор. Но вскоре в Кашфе произошел военный переворот, и Арканз был отстранен от власти. Договор был аннулирован.
Дила Дизакратрикс погибла в бою. В Амбере ее помнят как воинственную фанатичку, ответственную за осквернение храмов Единорога, в Бегме – как мятежницу, несколько лет успешно отбивавшую все попытки подавить бунт, а в самом Эрегноре – как защитницу этой земли. И теперь, столько лет спустя, трудно сказать наверняка, что же из всего этого было на самом деле, а что было придумано позже. Правда давно забыта, истина поросла быльем. Осталась лишь история, рассказанная победителями.


The End.

@темы: Амбер, Оберон, Тень, Дила

Комментарии
2007-10-03 в 03:05 

да, я люблю людей, и это абсолютно не мешает мне ненавидеть человечество
грустно все это

2007-10-03 в 04:27 

Свое дыхание не переделать (c)
грустно. но хэппи-энд был невозможен по определению. с такими фактами канона не поспоришь, остается только их интерпретация)

2007-10-03 в 23:13 

да, я люблю людей, и это абсолютно не мешает мне ненавидеть человечество
Веррье
все равно грустно.
хотя как по мне, так я бы не устраивал усыновлений. я бы оставил Далта у знахарки с концами.

2007-10-03 в 23:20 

Свое дыхание не переделать (c)
Brand Bariman
не думаю, что в таком случае он пытался бы за нее мстить

2007-10-04 в 00:06 

да, я люблю людей, и это абсолютно не мешает мне ненавидеть человечество
Веррье
это смотря что бы ему рассказали о ней...

2007-10-04 в 00:56 

Свое дыхание не переделать (c)
Brand Bariman
гм... тоже верно. честно говоря, когда я это писала, я меньше всего думала о Далте. он меня особо и не интересовал, по крайней мере не в контексте этой истории. меня интересовала Дила. и я хотела показать как она меняется, взрослеет. не знаю, насколько это заметно по тексту, но по крайней мере подразумевалось, что ближе к концу она уже другая - немного мягче, немного терпимее, да и думает в первую очередь уже не о себе, а о тех, за кого она в ответе. и то, что она все-таки принимает сына и пытается хоть как-то наладить с ним отношения все это очень наглядно демонстрирует, хотя, признаю, это было жестоко. но все же я не могла позволить ей уйти, не дав хотя бы шанса обрести мир в душе.
да, знаю, у меня временами очень странные представления о справедливости, но других вариантов я просто не видела...

нда, раз все это неочевидно - значит что-то я где-то не дотянула, не сумела показать...

2007-10-04 в 20:08 

да, я люблю людей, и это абсолютно не мешает мне ненавидеть человечество
Веррье
просто как-то малость не вяжется...
обычно дети, брошенные матерями, испытывают к ним если не ненависть, то сильную обиду. и удивительно как-то, что тут обошлось без претензий. а учитывая еще далтов характер... вряд ли он был похож на Капитана Шекспира.
по моему мнению, одно из трех: либо ребенок таскался за армией, и мать убили у него на глазах, либо он находился в безопасном месте, а мать случалась у него наездами, и в один день не приехала, и ему рассказали, кто и что сделал с мамой, либо - он действительно был сдан на руки чужим людям, которые его вырастили, но внушили ему, что его мать умерла гораздо раньше, чем он способен запомнить и представили ее смерть геройской...
на мой взгляд, эта история слишком романтична. в ней, определенно, есть какая-то недосказанность.
но это мое имхо.

2007-10-04 в 22:26 

Свое дыхание не переделать (c)
Brand Bariman
*задумчиво* что-то в этом определенно есть. может ты и прав. не знаю...
а недосказанности - моя слабость. я не могла не напустить туману :)

2007-10-04 в 22:42 

Алексей Нефедов
Дила получилась изрядной любительницей соваться, куда не просят, портачить, в после сваливать ответственность на других. Довольно противный характер, такие люди плохо кончают. Так что вся история выписана очень закономерной.
Особенно понравился эпизод про попытку дозвониться до Оберона. И еще очень сильно зацепила навевающая обреченность фраза: "Нет, войсками командует не Оберон, а его сын, принц Блейз".

Правда, я представлял себе святилища Единорога не помпезными храмами, а священными рощами, но скорее всего на таком удалении от Амбера и впрямь рощи должны были сменяться культовыми постройками, ибо места поклонения нужны, а Единорога живьем там могли и не видеть отродясь.


А теперь хотелось бы обсудить географический аспект
По идее, Бегма, Эрегнор и Кашфа - это три разных тени, а не три региона внутри одной тени. Тени Золотого Круга были связаны устойчивыми путями, протоптанными принцами Амбера (если выплыть из Дейги и держать курс строго на Альфу Единорога, то прибудешь не в расположенную чуть восточнее по побережью Байду, а в некий момент море из синего станет виноцветным, солнце из оранжевого станет золотым, и попадешь в прибрежные воды Бегмы). А вот как была обеспечена проницаемость границ между Бегмой и Эрегнором, Кашфой и Эрегнором, Бегмой и Кашфой - это вопрос менее тривиальный. Принцы их путями не соединяли, значит, попасть из одной тени в другую можно только с каким-нибудь выпендрежем: например, когда Луна в Бегме будет стоять над самым горизонтом и окрасится в цвета крови, то жрец Единорога подает сигнал, и войско движется в таинственный край Кровавой Луны, Эрегнор. Или еще что-то в этом духе. А в рассказе атмосфера многомирья отсутствует почти напрочь, это грустно.

2007-10-04 в 23:31 

Свое дыхание не переделать (c)
Алексей Нефедов
Атмосфера многомирья была бы уместна если бы я писала историю про кого-то из принцев-принцесс. И то не обязательно. Смотря что я хотела бы показать...
А поскольку в этой истории рассказчик всего лишь человек не обладающий властью над Тенями, то я сочла это лишним и ненужным.
Дальше... Кашфа не входила в Золотой Круг и если верить словам Флоры, торговли с Амбером у них особо и не было. Но у меня сложилось впечатление что свара с Бегмой из-за того же Эрегнора и Бог весть чего еще у них уже довольно давно. А это означает что никакой проблемы с путешествиями Кашфа-Эрегнор-Бегма и vice versa не было. Иначе постоянно воевать было бы проблематично. Фокусы с кровавой луной, затмениями и прочее шаманство это, конечно, эффектно, особенно если дает результат, но тратить время и силы на такие сложности – и ради чего? Ради клочка земли? Не верю. Разве что это шаманство было чем-то обыденным и привычным, но в такой вариант кажется мне еще менее вероятным.
Имхо, здесь возможны варианты, в том числе и мой – что Бегма и Кашфа всего навсего близки географически. Ну и Эрегнор, разумеется.
Кстати, интересно, а почему вы считаете что это обязательно должны быть разные и главное не связанные друг с другом Тени?

PS: насчет характера Дилы я лучше помолчу. тут я не могу быть объективной.

2007-10-05 в 00:20 

да, я люблю людей, и это абсолютно не мешает мне ненавидеть человечество
Алексей Нефедов
могу я осведомиться, откуда такие сведения, что Бегма, Эрегнор и Кашфа - это отдельные Тени?
этого в Хрониках никогда четко не утверждалось, зато доподлинно были описаны территориальные притязания между двумя государствами, и даже приведено сравнение Эрегнора с Эльзасом и Лотарингией, и было точно указано, что Эрегнор - это "область". вообще, складывается впечатление, что Кашфа и Бегма - сопредельные государства.

2007-10-05 в 01:02 

Алексей Нефедов
Бегма входила в Золотой Круг, а Кашфа - нет. В Золотой Круг включались именно Тени, то бишь миры, а не государства.
Весь прикол Договора Золотого Круга и заключался в наведении путей между Тенями, без которых невозможна ни торговля, ни союзы.
Ладно, не хотите экзотики, значит, придется предположить, что миры были частично совмещенными в силу естественных причин, и Эрегнор оказывался именно пограничной областью, принадлежащей обеим мирам, где жили пополам немцы с французами бегманцы с кашфанцами.
В конце концов, если Замок Четырех Миров существует, то тем паче могут существовать и более слабые версии того же явления.
Но, принимая это объяснение, мы должны принять и то, что иначе, чем через Эрегнор, из Бегмы в Кашфу не попадешь, а это опять-таки противоречит изложенной в рассказе картинке.
А если все три государства действительно находятся в одной тени, то нет решительно никаких возможностей для Бегмы удерживать Эрегнор при такой географии - по труднопроходимым горам всегда проходят наиболее стабильные границы. Скорее уж Эрегнор лег бы под Кашфу. С самого начала.

2007-10-05 в 01:21 

да, я люблю людей, и это абсолютно не мешает мне ненавидеть человечество
Алексей Нефедов
во-первых, "более слабых версий Стража Четырех миров" быть не может, потому, что не может быть. тамошние четыре Тени связаны между собой совершенно определенным образом и по определенной причине, которой доподлинно в окрестностях Амбера не водилось. да и вряд ли могло водиться даже теоретически.
во-вторых, договор Золотого Круга действительно подразумевает торговые связи между Тенями. но есть одно но - в случае с Бегмой и Кашфой известно, что первая входила в Золотой Круг, а вторая нет, и очень обижалась не столько по поводу своего невхождения, сколько по поводу вхождения туда Бегмы. если бы это были разные Тени, обид было бы меньше, так как если даже допустить Эрегнор переходной областью, обидится скорее государство, мнящее себя равным в правах с Бегмой.
в-третьих, как объяснить факт наличия общей религии в двух разных Тенях, одна из которых не имеет вассального отношения к Амберу в принципе? Храм Единорога в Джидраше вряд ли построили за один день до коронации Ринальдо, и даже если учесть интригу с герцогом Шадбернским, слишком мало времени для возведения грандиозных построек.

2007-10-05 в 02:14 

Алексей Нефедов
Перешерстил первоисточники в поисках того, какими словами именуются Кашфа, Бегма и Эрегнор. Действительно, ни про одно не указано, что это Shadow. Кашфа с Бегмой - countries, Эрегнор - large rich area. Собственно Тень так и осталась безымянной, а зря, у читателей было бы меньше вопросов.
Выходит, даже в непосредственной близости к Амберу Тени уже достаточно велики, чтобы вмещать несколько государств, придется привыкать к этой мысли.
Таким образом, единственное, что остается непонятным - как при столь выгодном географическом положении Кашфы относительно Эрегнора, по сравнению с положением Бегмы, Эрегнор умудрялся много веков оставаться спорной территорией - ведь все коммуникации с Кашфой существенно легче, и Эрегнор давно должен бы быть ассимилирован одним государством.

2007-10-05 в 04:06 

Правда, я представлял себе святилища Единорога не помпезными храмами, а священными рощами

1. On the wide strand of shoreline at the southern foot of Kolvir there is a small chapel dedicated to the Unicorn, one of several such throughout the realm at places where she had been sighted. (Trumps of Doom, ch.8)
2. The First Unicornian Church of Kashfa, as one might translate its title, was across the plaza from the palace proper. The building in which I'd arrived was an ancillary, all-purpose adjunct (Knight of Shadows, ch.12, обе цитаты удачно в самом начале своих глав).
Так что, и в самом Амбере помимо рощ стояли храмы, или, скорее, часовни. По мере удаления от него помпезность нарастала (возможно, в связи с тем, что сама Единорог не удостаивала эти Тени своим посещением и не оставляла след из потрясённых уверовавших), и в Кашфе мы видим уже целый храмовый комплекс на дворцовой площади.

Кстати, чуть в сторону. Очень любопытно смотрится словечко translate. Похоже, в Кашфе действительно говорят на другом языке.

2007-10-05 в 10:17 

да, я люблю людей, и это абсолютно не мешает мне ненавидеть человечество
Алексей Нефедов
о чем и речь.
более того, есть некоторые подозрения, что Бегма и Кашфа лежат с Амбером в одном пространственно-временном континууме, то есть являются сопредельными государствами. кстати, пограничные территории в Амбере упоминаются, именно в плане географической границы, а не границы Тени. однако, это не исключает их принадлежности к Тени - достаточно вспомнить Ребму, которая расположена в том же пространстве и времени, что и Амбер и является ему сопредельным государством.

единственное, что остается непонятным - как при столь выгодном географическом положении Кашфы относительно Эрегнора, по сравнению с положением Бегмы, Эрегнор умудрялся много веков оставаться спорной территорией
едиственное объяснение, которое я нахожу, в том, что Эрегнор, по большей части, населен этническими бегманцами. возможно, бывший анклав.
...либо, еще вариант - область, населенная самостоятельным этносом, и обладающая богатыми ресурсами и выгодным географическим положением, и всю свою историю являющаяся колонией то Бегмы, то Кашфы попеременно.

TimofeiKoryakin
спасибо. :)


2007-10-05 в 11:56 

Свое дыхание не переделать (c)
Таким образом, единственное, что остается непонятным - как при столь выгодном географическом положении Кашфы относительно Эрегнора, по сравнению с положением Бегмы, Эрегнор умудрялся много веков оставаться спорной территорией - ведь все коммуникации с Кашфой существенно легче, и Эрегнор давно должен бы быть ассимилирован одним государством.

Испытываю сильное искушение ппкс'нуть Брэнду и сказать, что так и было задумано, но... Чего нет – того нет :) На самом деле я несколько упустила из виду этот аспект. Я придумывала географию региона вобщем-то с одной целью - пыталась объяснить почему Бегма сразу же не раскатала мятежников в тонкий блин как это должно было произойти. И списать это на географию показалось хорошей идеей, но до того, что из этого может следовать, я не додумалась. Так что любое объяснение здесь одинаково возможно, собственного объяснения этому у меня нет.

2007-10-05 в 21:10 

Леди Тайра
Why am I so bad at being good?
Веррье, грустная история, как и все, написанные проигравшими (или от их лица :) ).
Тоже, кстати, поддерживаю расположение Кашфы-Эрегнора-Бегмы внутри одной Тени. Возможно еще, что население там смешанное, бегманцы с кашфийцами вперемешку, две партии, две коалиции, каждая тянет на себя, оттого все и растянулось на годы. Возможно, что в случае появления харизматичного лидера, у Эрегнора был шанс в какой-то момент стать самостоятельным двуязычным государством. Чем-то вроде современной Бельгии.

2007-10-05 в 21:35 

Свое дыхание не переделать (c)
Леди Тайра, вполне возможно. Но, имхо, только при наличие сильного тыла. Иначе - ни единого шанса, что и произошло в рамках моей версии.

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Облака над Колвиром

главная